Как советский жучок обескуражил американских разведчиков и стал дедушкой «интернета вещей»

Это было издевательски просто
23 августа в 21:17

Советское «Нечто» — изобретение для шпионажа — стало кирпичиком в фундаменте «интернета вещей». Чертовски простая технология середины прошлого века по-прежнему актуальна. Рассказываем, как устройство для кражи секретов в наши дни превратилось в «сторожа» в магазинах, идеального «кладовщика» и основу «умных вещей».

Советское «Нечто»

Москва, 4 августа 1945 года. Европейская глава Второй мировой войны закончилась. США и СССР думают о том, как строить отношения дальше.

Во время приёма в американском посольстве группа детей из Всесоюзной пионерской организации преподносит послу Соединённых Штатов в Советском Союзе Авереллу Гарриману вырезанную из дерева увеличенную копию Большой печати США. Очаровательный жест, символизирующий дружбу между двумя сверхдержавами. Позднее этот подарок стал известен как «Нечто».

Аверелл Гарриман

Разумеется, сотрудники службы безопасности посольства проверили массивное деревянное украшение на наличие электронных жучков, но не обнаружили ни проводов, ни батарей и признали его безвредным.

Посол Гарриман отвёл подарку почётное место, повесив на стену своего кабинета — и оттуда в течение следующих семи лет «Златоуст» передавал всё, что говорилось в кабинете, на пост прослушивания советской разведки.

Гарриман не мог знать, что в подарке советских пионеров скрывалось подслушивающее устройство — специзделие «Златоуст», которое создал один из настоящих оригиналов-изобретателей XX века — Лев Термен. Он прославился терменвоксом — революционным электрическим музыкальным инструментом, на котором играют без прикосновения.

Фото: Лев Термен

В 1928 году Термен переехал в США, как утверждается, по заданию советской разведки. В Америке он запатентовал инструмент и собственную систему охранной сигнализации, а также организовал компании Teletouch и Theremin Studio. По мнению некоторых авторов, они были прикрытием для советской разведки.

В 1938 году его отозвали в СССР, а супруга изобретателя, американка Лавиния Уильямс, утверждала, что его похитили. Годом позже Термена арестовали, осудили и отправили отбывать срок на Колыму, а оттуда — в конструкторское бюро ЦКБ-29, известное как «туполевская шарашка». Там Термен среди прочего создал и «Златоуст».

Всё гениальное просто

В 1953 году подполковник Пётр Попов, первый в истории ГРУ «инициативник», который предложил себя ЦРУ в качестве агента, сообщил американцам об утечке информации из их посольства в Москве.

Пётр Попов, подполковник Советской Армии, сотрудник ГРУ, агент ЦРУ

Проверяя наводку, американские контрразведчики более дотошно обследовали помещение с помощью детектора электромагнитных излучений. Тогда и зафиксировали подозрительный сигнал на частоте 800 МГц, который исходил из подарка советских пионеров. Техники ЦРУ разобрали герб и нашли внутри него необычную начинку.

Устройство для прослушивания было смонтировано внутри печати. Оно было гениально простым и выглядело как антенна, прикреплённая к полости с серебряной диафрагмой, которая служила микрофоном. У «Златоуста» не было батарей или источника энергии. Он в них не нуждался.

Reload
1 / 2

Советский эндовибратор внутри копии Большой печати США, Национальный музей криптографии при Агентстве национальной безопасности США

Фото: wikipedia.org

Чтобы активировать устройство, с поста НКВД в соседнем с резиденцией здании на герб направляли постоянный радиосигнал частотой 800 МГц. Когда в кабинете разговаривали, тонкая плёночная мембрана воспринимала вибрации звуковых волн. Вибрация модулировала отражение облучающего радиосигнала, а отражённые радиоволны попадали на радиоантенну другого, приёмного поста. «Златоуст» работал так же, как зеркало при отражении света.

От шпионской штуки до «интернета вещей»

Подобно инопланетно звучащему музыкальному инструменту Термена, «Нечто» может показаться техническим курьёзом. Именно этот пассивный передатчик причисляют к первым предшественникам RFID-технологии (радиочастотной идентификации).

Подобную RFID технологию использовали в системе распознавания «свой — чужой» ВМС США. Союзники применяли её в авиации во время Второй мировой войны для определения целей «свой — чужой»: радар «подсвечивал» самолёты, а специальный приёмник-транспондер реагировал на подсветку, излучая сигнал, означающий «мы свои!».

Но, когда микропроцессоры подешевели, появилась возможность оснащать ими вещи гораздо меньшие по цене и размерам, нежели самолёт. И метки RFID нашли широкое применение.

Сегодня они используются в банковских карточках, позволяя расплатиться, просто проведя “кредиткой” перед считывающим устройством, их используют в паспортах, в магазинах они применяются для предотвращения краж. Библиотеки и авиакомпании используют RFID-метки для отслеживания местонахождения книг и багажа.

Некоторые из них оснащены источником энергии, но большинство, как и терменовское «Нечто», получают питание удалённо с помощью входящего сигнала. Это делает метки дешёвыми, а дешевизна всегда была важна для продаж.

Подобно штрихкодам, RFID-метки можно использовать для быстрой идентификации объекта. Но, в отличие от штрихкодов, их можно сканировать автоматически и на разных дистанциях. Некоторые метки можно прочитать с нескольких футов; некоторые можно отсканировать, хотя и не полностью, партиями.

Существуют разновидности меток, которые можно перезаписать, прочитать или деактивировать удалённо. При этом они могут нести больший объём информации, чем обычный штрихкод, позволяя идентифицировать объект, например, не просто как джинсы определённого типа и размера, а как уникальную пару, пошитую в определённом месте в определённый день.

В 1970-х RFID-технологию использовали на транспорте для отслеживания железнодорожных вагонов и в сельском хозяйстве — для контроля за скотиной на фермах. К началу 2000-х годов крупные частные и государственные организации, такие как торговые сети Tesco, Walmart или Министерство обороны США, начали требовать от поставщиков отмечать RFID-метками поддоны с расходными материалами. В итоге метки оказались буквально на всём. Несколько энтузиастов даже вживили их в свои тела, что позволило им открывать двери или оплачивать поездку в метро взмахом руки.

В 1999 году Кевин Эштон из компании Procter & Gamble придумал фразу, идеально отражающую восторг от этой технологии: «RFID может привести нас к „интернету вещей (IOT)“. Идея Эштона об «интернете вещей» была проста: компьютеры зависят от данных, если они хотят понять физический мир, а не просто киберпространство — отслеживать, организовывать и оптимизировать. У людей есть дела поважнее, чем вводить все эти данные, и поэтому необходимо создавать объекты, которые будут автоматически передавать эту информацию на компьютер, делая физический мир понятным в цифровом выражении.

Многие люди сейчас носят смартфоны, по которым при необходимости можно найти человека. Но к каждому предмету смартфон не прицепить, и RFID остаётся недорогой альтернативой для отслеживания предметов.

Обычные умные устройства — от смартфонов до холодильников — сложны и обладают вычислительной мощностью, но они также дороги и требуют значительного источника питания. А радиометки, которые ушли немного в тень, остаются важным кирпичиком интернета, который продолжает своё развитие по всему миру.

С внедрением сотовых сетей 5G «интернет вещей» получит новый стимул к развитию, а значит, RFID, внука советского прослушивающего устройства, вокруг нас станет ещё больше.

Источник: BBC

Фото: depositphotos.com/vostockphoto

Поделитесь историей своего бизнеса или расскажите читателям о вашем стартапе